Единое экономическое пространство:объединение без будущего?


(или как Лебедь, Рак и Щука решили интегрироваться)


Вадим Можейко







Басня Крылова как нельзя лучше описывает интеграционные процессы в ЕЭП: трое участников взялись за общее дело, однако все их старания опять и опять оказываются зря, «воз и ныне там».




Почему это происходит, в чем причина постоянных провалов интеграционных проектов Беларуси, России и Казахстана?


ЕЭС – это не ЕС


25 апреля в интервью телеканалу «Вести 24» президент Казахстана Нурсултан Назарбаев заявил, что «учитывая провалы Евросоюза, мы должны создать лучшее объединение». Здравая мысль, да вот только не поздно ли? Ведь документы по формированию Единого экономического пространства подписаны еще в декабре 2010 года, причем в них заложена та же проблема, которая стоит за упомянутыми Назарбаевым «провалами Евросоюза»: отсутствие возможности принудить страны исполнять подписанные соглашения (например, Соглашение о согласовании макроэкономической политики).


Однако представляется, что само по себе подписание любых документов, даже самых удачных, не является панацеей от интеграционных неурядиц в ЕЭП. Проблема лежит глубже: у Беларуси, России и Казахстана существуют серьезные культурные различия. Причем, в отличие от стран ЕС, они совсем не помогают сближению государств. Эта ситуация – еще одно подтверждение тезиса о том, что политика и культура – зеркальные отражения друг друга.


Сравнивая ЕЭП с ЕС, Назарбаев упускает факт основополагающих различий в культурологических моделях стран-участников этих объединений. Для стран ЕС это не только языковое разнообразие, но и наличие общего культурного базиса, многовековых связей между европейскими странами. Как пишет Паскаль Фонтейн, профессор Института политических исследований (Париж) и бывший помощник Жана Моне, «ощущение принадлежности к Европе и единому европейскому сообществу не может быть создано искусственно. Оно может возникнуть только через осмысление общих культурных корней» (см. Pascal Fontainel'Europe en 12 lecons).


Таким образом, чтобы понять перспективы ЕЭП, необходимо взглянуть на культурологические модели стран-участников (Россия, Беларусь, Казахстан), определить их общность и различия и проанализировать последствия их взаимодействия.


Безусловно, эта статья является во многом условной и не может быть полностью исчерпывающей. Между тем, анализ культурологических моделей России, Беларуси и Казахстана позволит выявить некоторые интересные тенденции при их взаимодействии.


Итак, обратимся снова к басне Крылова.


Страна-Лебедь


Как Лебедь самая крупная водная птица, так Россия самое большое государство мира. Кстати, именно в России «Лебединое озеро» – это не только балет и легенда, но и, безусловно, главный телесимвол за всю историю ТВ.


Политически Россия является федеративной республикой, что должно, по идее, свидетельствовать о мультикультурализме, привычке к диалогу и умению находить пути объединения. Это можно сказать о других федерациях – Германии, Канаде, США и др., – однако явно не о России. В случае же с нашей восточный соседкой уместнее говорить об имитации федерализма, когда «империя маскирует себя под федерацию, передавая символические административные функции и признаки независимости присоединенным территориям, объявляя их частями федерации» (см. «Federalism: An Introduction» – George Anderson, Oxford University Press, USA, 2008).


Таким образом, хотя Россия и является мультикульутрным федеральным государством, по факту республики Саха или Коми не имеют и сотой доли политического и культурного влияния по сравнению с городами федерального значения Санкт-Петербургом и Москвой (сравните с такими полноценными субъектами федерации, как, например, штаты Айова, Флорида и Техас в США; земли Нижняя Саксония, Бавария и Бранденбург в Германии).


Соответственно, сегодняшнее федеративное устройство (и большая имперская история) способствуют доминированию русской культуры и влиянию Центра, а никак не мультикультурному диалогу.


Страна-Рак


Беларусь постоянно пятится в интеграции. Несмотря на разнообразную союзную риторику, на деле получается что-то вроде «шаг вперед – два назад». Как и рак, Беларусь, по сути, ведет паразитический образ жизни: то на российских нефти и газе, то на международных кредитах.


Беларусь, в силу своего географического положения и некоторых исторических событий, являет собой прекрасный образец мультикультурного (поликульутрного) общества. Здесь без каких-либо национальных конфликтов мирно уживаются представители 140 этнонациональных общностей и 26 религиозных конфессий.


Более того, можно констатировать, что в стране отсутствует доминирующая культура. Нельзя таковой признать ни белорусскую (которая, кстати, сама по себе является открытой и вбирающей в себя элементы культур соседних), ни русскую, ни уж тем более польскую, украинскую или еврейскую.


Наиболее интересным моментом является то, что в такой открытой и толерантной к другим культурам среде все же есть культура, которая часто подвергается дискриминации со стороны государства (и, чего уж греха таить, некоторой части общества). Это, собственно, культура белорусская. Безусловно, это связано с ее нынешней политизированностью. Однако историческое разделение на «польских панов» и «белорусскую деревенщину» также не стоит забывать при такой оценке.


Не удивительно, что такое отношение к своей национальной культуре не раз способствовало объединению с другими государствами (Литва, Польша, Россия), вплоть до фактической утраты независимости. Причем этот процесс зачастую не воспринимается большой частью населения как «недружественное поглощение» и какая-то трагедия (сравните с гипотетическим присоединением Франции к Германии или Кореи к Японии).


Страна-Щука


Казахстан предпочитает жить в слабопроточных водах, производя минимум реформ. Однако при снижении содержания кислорода наступает угнетение дыхания, так что некоторой доли «вольного духа» страна требует. Иначе случается то, что произошло в Жанаозене в 2011 году: люди, которые еще вчера были мирными гражданами, начинают активно протестовать, вплоть до применения огнестрельного оружия. Напомним, что весь протест (с убитыми людьми и сожженными зданиями) был спровоцирован конфликтом на предприятии «Каражанбасмунай» (сравните с силой и последствиями потенциальных забастовок членов независимого профсоюза на микашевичском «Граните»).


Ситуация в Казахстане в определенной степени похожа на белорусскую (130 этносов и более 40 конфессий), однако принципиально отличается от нее двумя факторами.


Во-первых, титульная культура в Казахстане представлена меньше, чем в Беларуси, однако серьезно поддерживается властями. Во-вторых, укрепление национального единства происходит не в ущерб реформам и открытости миру, страна не стремится «замыкаться в себе».


Этому служит «принцип трехязычия»: согласно формулировке Нурсултана Назарбаева, Казахстан «говорит по-русски, помнит казахский, учит английский». Все эти языки используются в Казахстане на официальном уровне, в т.ч. и в образовании. Так, например, в университетах и школах обязательно изучают эти три языка. Более того: в разных регионах страны существуют специализированные школы, где все предметы преподают одновременно на этих трех языках.


Таким образом, формируется система, включающая в себя как открытость реформам, так и сохраняющая свое культурное разнообразие. В современном глобальном мире именно такой набор характеристик является оптимальным. С одной стороны, глобализация не дает экономического и политического шанса странам, которые закрываются от всего остального мира и не проводят назревшие реформы. С другой стороны, в культуре это правило не действует; в ней как раз неприемлемы единые для всех стандарты, необходимо сохранять разнообразие. Этот принцип отражен во Всеобщей декларации ЮНЕСКО о культурном разнообразии, где он назван «этическим императивом современности».


«Медленно запрягаем – быстро едем»… Быстро запрягаем – не едем вообще?


Если проследить сколь долго в культурной среде «вызревала» интеграция для Речи Посполитой, Российской Империи или даже СССР, то можно заметить четкую корреляцию этого показателя с продолжительностью существования этих объединений. С другой стороны это же видно и на примере СНГ и Союзного государства Беларуси и России (все еще существующих скорее де-юре, чем де-факто).


Предыдущие интеграции, в соответствии с поговоркой, «медленно запрягали», однако они «быстро ехали». Это явно не относится к ЕЭП: в этот воз Лебедь, Рак и Щука впряглись очень быстро. Однако не является ли это сигналом к тому, что ехать он не сможет вовсе? Каковы перспективы у России, Беларуси и Казахстана в ЕЭП, какого поведения ждать от каждой из стран?


«Щучьи головы» (Казахстан)


Согласно исследованию «Либерального клуба» «Условия ведения бизнеса в странах Единого экономического пространства», сегодня именно Казахстан получает наибольшую бизнес-выгоду в формирующемся союзе.


Все в порядке у Казахстана и с выгодой политической. С одной стороны, интеграция в ЕЭП позволяет ему усиливать российский вектор своих международных отношений, получая от этого как политико-экономические, так и культурные выгоды. С другой стороны, евразийская интеграция никоим образом не мешает контактам Казахстана с Западом. Более того, она усиливает интерес к этой стране со стороны западного бизнеса (из-за новых бизнес-возможностей в ЕЭП), а также внимание со стороны западных политиков (из-за опасений усиления российской имперской политики).


«Лебяжье шипение» (Россия) и «Наклонение…» (Беларусь)


Россия, с ее имперскими амбициями, была и остается исполнителем культурологической модели «собиратель земель» (тем более что сейчас это соответствует и имиджу Путина). И насколько культурологическая модель Казахстана присоединения к России не предполагает, то для культурологической модели Беларуси это было бы вполне приемлемо.


Однако принцип «шаг вперед – два назад» будет неизменно сохраняться при действующей власти. А.Лукашенко, как любой недемократический правитель, в принципе не может пойти на полноценную политическую интеграцию, так как это ограничит как минимум его личные полномочия. Таким образом, пока А.Лукашенко остается на посту президента, он не допустит поглощения Беларуси Россией. Пусть и по своим личным причинам, однако до поры до времени он выступает здесь гарантом независимости Республики Беларусь.


«А вы, друзья, как ни садитесь, / Все в музыканты не годитесь»


Анализ культурологических моделей стран-участниц ЕЭП позволяет заключить, что они принципиально различны. Более того, их цели в ЕЭП противоречат друг другу и, соответственно, не могут быть реализованы.


Маловероятен и «силовой» сценарий реализации целей только самого крупного участника – России: защита от этого присутствует как у Казахстана (сильная государственная культурная система), так и у Беларуси (личные характеристики А.Лукашенко, не допускающего утраты им полноты власти).


Таким образом, можно констатировать, что у ЕЭП отсутствуют какие-либо перспективы развития. Россия, Беларусь и Казахстан не могут объединиться в единое целое как в существующих реалиях, так и в ближайшей обозримой перспективе. Интеграция Лебедя, Рака и Щуки закончится единственно возможным для них образом.