Евгений Прейгерман

Опубликовано на Naviny.by

Итоги последнего саммита Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС) не прояснили будущее постсоветской интеграции, а лишь добавили интриги. До конца не понятно, что именно произошло на московских заседаниях 19-20 марта. Точно известно лишь то, что участники не смогли договориться о преобразовании ЕврАзЭС в Евразийский экономический союз. В целом же, все выглядит так, что Беларусь застревает в очередном болоте постсоветской интеграции.



Камень преткновения — суверенитет

Предварительно о необходимости преобразовать ЕврАзЭС в новую интеграционную структуру главы стран-участниц договорились на предыдущем саммите организации 19 декабря прошлого года. Встал вопрос о том, каким образом это сделать. Россия предложила создать на базе ЕврАзЭС Евразийский экономический союз. В то же время в рамках договоренностей по ЕЭП появление Евразийского экономического союза предусматривалось лишь к 2015 году. Таким образом, Кремль захотел ускорить процесс.

Эта идея не нашла понимания у других участников нынешнего московского саммита. Из-за противоречивой информации не понятно, какая именно страна выступила против. Но с полной уверенностью можно утверждать, что и Беларусь, и Казахстан (и даже Таджикистан с Киргизией) обеспокоены возможной утратой части суверенитета в результате ускорения интеграционных процессов.

Проблема суверенитета партнеров — главный камень преткновения России в отношениях со странами бывшего СССР. Важно понимать, что эта проблема и дальше будет определять политические процессы на постсоветском пространстве. Поэтому стоит ожидать, что после торжественных деклараций о светлом будущем евразийской интеграции постоянно будут возникать подобные конфликтные ситуации.

В итоге безболезненной и полноценной интеграции не получится. Беларусь вновь оказывается в процессе «бесконечной интеграции» (по образцу СНГ, Союзного государства Беларуси и России и того же ЕврАзЭС). Причем Минск, с одной стороны, может получать выгоду (в виде новых экономических бонусов), с другой же — рискует усугубить свою зависимость от Москвы.


Минск между молотом и наковальней

Московский саммит показал, что Беларусь вновь пытается играть публичную роль единственного верного союзника России. Представители белорусской делегации повсюду заявляли, что Минск был готов подписать предложенный Москвой вариант договора. В условиях, когда проект договора был неприемлем для других участников саммита, такая позиция Минска может преследовать две цели.

Во-первых, в очередной раз подчеркнуть свою значимость для России как самого последовательного сторонника интеграционных проектов Кремля. Такая тактика уже не раз давала результаты в виде российских субсидий и преференций. А после череды проблем в двусторонних отношениях в 2008-2010 годах для белорусского руководства особенно важно показывать, что оно стремится выполнять все взятые на себя союзнические обязательства.

Более того, эта тактика также была вызвана желанием Минска заручиться поддержкой России (и всего ЕврАзЭС) в преддверии рассмотрения «белорусского вопроса» Советом ЕС. Именно поэтому вице-премьер Беларуси Сергей Румас так активно рисовал негативные последствия для всех стран ЕврАзЭС в случае введения экономических санкций против Беларуси.

Во-вторых, белорусские власти могли посылать и сигнал Евросоюзу. Смысл прост: из-за давления со стороны ЕС Беларуси ничего не остается, кроме как идти на уступки России. И если ЕС хочет ослабить процесс евразийской интеграции, то необходимо прекратить введение санкций и перейти к взаимоуважительным переговорам.


Лукашенко будет сложно без западного вектора

На фоне традиционной проблемы суверенитета в постсоветской интеграции Кремль будет очень осторожен в навязывании своей воли странам-партнерам. Поэтому вряд ли стоит ожидать, что сразу после инаугурации Путина в мае Россия начнет принуждать Беларусь безоговорочно выполнять все интеграционные обязательства.

Благодаря своей публичной союзнической риторике белорусское руководство в этих условиях может выиграть время. Тем более что для России сохраняется задача вовлечь в интеграционные процессы Украину. Можно ожидать, что до украинских парламентских выборов в конце года Москва будет стараться не обострять отношения с Минском. Беларусь необходима как пример успеха интеграции.

В то же время Кремль прекрасно знает, с кем имеет дело в Беларуси. История союзнических отношений с Минском показала, что белорусские власти любят многое обещать, но часто не выполняют взятые на себя обязательства. Поэтому на слово верить больше не будут. Скорее всего, Москва будет стараться без скандалов, но все-таки требовать, чтобы Беларусь соблюдала российские экономические интересы.

Основные экономические интересы России включают в себя доступ к белорусской приватизации, свободную конкуренцию в рамках ЕЭП и макроэкономическую дисциплину белорусских властей. Одним из способов обеспечить эти интересы является обусловленность российских кредитов. Здесь Минску будет очень сложно сопротивляться.

Единственное, что белорусские власти могут противопоставить экономическим требованиям России, — это возобновление диалога с ЕС. Сделать это в сегодняшних условиях, разумеется, очень сложно. Хотя возможность сохраняется.

Судя по всему, ЕС готов предложить белорусским властям формулу выхода на постепенный переговорный процесс. Для этого в Беларуси должны быть выпущены политзаключенные. А для освобождения политзаключенных официальный Минск требует от ЕС прекратить расширение санкций. Таким образом, вероятность возникновения европейского противовеса экономическим устремлениям Кремля будет зависеть от того, смогут ли Беларусь и ЕС прекратить эскалацию конфликта и начать делать взаимные уступки.