Сергей Опейкин


Само название статьи говорит о серьёзности вопроса. Но публикацию эту я хочу построить в форме беседы, монолога. Не имею я желания влезать на трибуну или кафедру, и оттуда вещать неразумному народу душеспасительные истины, призывая в свидетели Господа Бога и историю, не хочу тащить за шиворот из могилы Геродота и его усопших коллег, в общем, делать то, что называется серьёзной научной работой. Потому, что, по моему мнению, форма беседы наиболее проста и доходчива в первую очередь для читающего, а многочисленные цитаты, ссылки, сноски, списки использованных источников и материалов тешат только самолюбие автора да комиссию по защите дипломной, магистерской или кандидатской и как правило интересны широкому кругу специалистов узкого профиля.

Говорить о народах и чертах характера, присущих данным народам, всегда было нелегко, ибо национальный менталитет вещь, которую руками не потрогаешь и на зуб не попробуешь. Тут на память приходит старая китайская притча о двух художниках, один из которых расписывал храмы ликами богов, а другой рисовал петухов на горшках для еды. И вот первый начал ставить себя выше другого, говоря, что его труд более почётен, второй же художник ответил ему: «Твой труд может быть и более почётен, чем мой, но моя работа сложнее, ибо ты рисуешь богов, которых никто никогда не видел – попробуй же правдоподобно нарисовать петуха, которого видели все». Тут предстоит схожая задача – с одной стороны предстоит говорить о менталитете, который является вещью метафизической и, следовательно, неосязаемой, а с другой стороны нужно говорить о беларусах, которых видели все, но, всё таки, мы попробуем разобраться в данном вопросе и сделать некоторые выводы.


Лично мне нравится легенда, которая гласит, что когда Бог после Великого потопа начал раздавать земли народам, он всем всё раздал, а один кусочек земли хотел оставить для себя, но в самом конце раздачи пришли скромные и тихие люди, которых другие во время раздела выпихнули из очереди. «Вы кто, люди?» - спросил Бог. «Мы – беларусы» - ответили люди – «Нам не хватило земли». «Ладно» - сказал Бог – «Возьмите тогда ту землю, что я оставил для себя». Так и появилась Беларусь. Но это легенда. Реальность гораздо проще и жёстче. Вот что говорит по вопросу возникновения самого названия «беларусы» журналист Вадим Деружинский, мнение которого я разделяю: «Термин «беларусы» появился только потому, что царская администрация переименовала «литвинов» в «белорусцев». А после подавления восстания 1863 – 1864 гг. генерал-губернатор М.Н. Муравьёв запретил и термин «Белоруссия», придуманный идеологами царизма, вместо него он ввёл термин «Северо-Западный край России». Что ж, название даже такой страны как Польша, царизм с конца 80-х годов XIX века пытался заменить термином «Привислинский край».


Вообще работ, посвящённых беларусскому менталитету, особенно в последнее время появилось великое множество. Начиная от историка В. Ластовского и философа и публициста Игнатия Канчевского (Абдзиловича), в 1921 году опубликовавшего эссе «Извечный путь: Опыт белорусского мировоззрения», согласно концепции которого Беларусь на протяжении всей своей истории, начиная с первых актов крещения в Х веке, является ареной борьбы двух направлений культуры – европейского и азиатского. В результате этой перманентной борьбы возникло и оформилось специфическое белорусское национальное мировоззрение, и «колебание между Востоком и Западом» и неприязнь к тому и другому являются основной характерной чертой истории беларусского народа.


Теорий много и все они имеют право на существование. Нет необходимости перечислять их все. По моему же субъективному мнению говорить о белорусском менталитете как о вещи самостоятельной, сформировавшейся, «вещи в себе» ещё рано: слишком уж в нашей истории было много разного рода «социо-культурных травм», вывихов и перегибов. Это во-первых. Во-вторых, опять же белорусский менталитет не однороден, в нём, как и на Украине вполне внятно выражен «восточный» и «западный» взгляд, обусловленный как географически, так и исторически. Очень хорошо это видно в лингвистическом плане: в речи западных беларусов присутствует заметное количество полонизмов (например, велосипед называют «ровэром», с ударением на «э», на польский манер), у восточных беларусов прослеживаются заимствования из украинского языка (так картошку называют не бульбой, а картоплей). Оно и понятно – на сопредельных территориях проживает большое количество представителей украинской и польской наций, оказывающих своё культурное влияние. Долго и много можно говорить и о бытовом и о психологическом различии восточных и западных беларусов.


Объединяет же беларусскую ментальность, на мой взгляд, следующие вещи: мы любим жаловаться, скептицизм и не доверие к власти, наш конформизм. Хочется поговорить о наших отрицательных чертах, так сказать вскрыть недостатки для «работы над ошибками», а не для критики ради критики или вымещении своих комплексов на окружающих. Так вот, самая первая отрицательная черта, которую замечают наши соседи это то, что беларусы очень любят жаловаться. На всё. На жизнь, на власть, на страну, на здоровье и вообще. Я, конечно, не призываю всем дружно натянуть на лицо дежурную лыбу в стиле «усё акей» - всеобщее счастье бывает только в специальных медицинских учреждениях, но никак не в отдельно взятой стране. По моему субъективному мнению это у нас рефлекторно выработалось, как у собаки Павлова: вот приходят к нам очередные освободители со стандартным спитчем типа «курка-млеко-яйко-фряу молёдой», а мы им в ответ уже тысячу раз отрепетированным – «Ой, вы знаеця, я вам чэсна скажу…» и et cetera, et cetera, et cetera. И так вот это укоренилось в нашей генетической памяти, что какого пролетария умственного труда не послушаешь – вообще всё плохо, и чем дальше, тем хуже. Везде всё хорошо, а вот у нас всё плохо. Ну и в Японии в последнее время стало как-то не очень, а так все счастливы, кроме нас. Надо как-то менять взгляд на себя и на страну, как говорится – «надейся на лучшее, а худшее само придёт». У тех же россиян (прошу не путать с жителями Москвы) наша страна представляется неким сказочным «Опоньским царством», где молочные реки и кисельные берега. У литовцев и украинцев скепсиса конечно больше, но и они в один голос утверждают – «бедненько, но чистенько», порядочек везде, значиться. В общем, не всё так плохо, как некоторым хотелось бы.


Теперь о нашем недоверии к власти. Любой власти. Нет, наше недоверие это не русский анархизм и местничество удельных князьков. У нас всё гораздо проще – практически на протяжении всей своей истории (за редкими исключениями, подтверждающими правило) мы не имели своей, родной, национальной, беларусской верховной власти. О многих ли наших правителях мы можем сказать, что «он наш, потому что он вышел из нас, он наша плоть и кровь, как будто одна мама нас родила»? А много ли из представителей власти, будучи беларусами по национальности, отождествляли себя с беларусским народом и беларусской культурой – не с польской, русской или советской, а с беларусской? То-то и оно. Получается, что власть сама по себе, а народ сам по себе. Поэтому, нечего удивляться, когда перед выборами, (не только президентскими – любыми, даже городского масштаба) среди трудового народа, в самой что ненаесть его гуще, гуляют разговоры типа – «а чего тут выбирать, всё уже решили за нас», «всё уже решено и ничего не изменишь» и т.д. и т.п. Прямо лермантовский фатализм какой-то. И никому не интересно знать, а кто всё решил, а почему решил, и что такое это «всё», которое решено. А потому что не наша власть была, не родная – хоть некоторые к нам постоянно в братья набиваются, причём почему-то непременно в старшие братья. Отсюда, как производная, и скепсис на ментальном уровне. Причём скепсис к самым различным явлениям – от политики до футбола. Мне как-то не очень хочется углубляться в отечественную историю, дабы не увязнуть в «дней минувших анекдотах» (хотя наши исторические «анекдоты» чертовски грустные), но именно наша родная история поводов для скепсиса на национальном уровне давала более чем достаточно. В общем, «Литва ли, Русь ли – что гудок, что гусли». А история-то и формирует национальное сознание, национальный характер, образ мышления…


Конформизм. Проще говоря, приспособленчество и соглашательство, безынициативность. А если инициатива, то какая-то робкая и невнятная, и чтобы вот кто-то непременно нам помог, что бы вот «волшебник в голубом вертолёте» и 500 эскимо в подарок. Открою вам секрет – есть такие волшебники, только вертолёты у них не голубые, а ударно-штурмовые , начинённые морскими пехотинцами, и эскимо у них противотанковое - типа «Тоу» или «Хеллфайер». Только вот нефти у нас нет, а без нефти мы этим волшебникам не очень интересны. Поэтому, нам самим надо как-то чудо сотворить. Только внятное такое чудо, конструктивное, без автоматических волшебных палочек с ёмкостью магазина на 30 патронов. Потому что не наше это – не тот характер у народа. Взять хотя бы события 19 декабря 2010 года. По мне, так получился этакий «русский бунт»-light, бессмысленный, но не беспощадный, притом в миниатюре. Этакая любительская реконструкция бородинского сражения силами трёх десятков энтузиастов. Хотя в принципе по-другому и быть не могло. Энтузиастов этих только жаль – дорого им эта «реконструкция» обошлась. Не умеем мы толком бунтовать – отучили. 200 лет почитай отучивали. Но имеем то, что имеем. Революция – это не наш метод. Их на нашей земле всё время за нас делали, нас особо не спрашивая, оставляя только выбор, к кому примкнуть и в любом случае заставляя нас о своём выборе сильно пожалеть, каким бы он не был. Тут уж даже самый закоренелый анархист в политического хамелеона превратиться.


Только в последние 20 лет мы имеем своё национальное государство. Пускай далеко не всё в нём «душе хорошо и глазу приятно», но это уже наше, родное. Это наш дом, а дома, как известно, и солома едома. Поэтому, нашему менталитету предстоит не сформироваться, а доформироваться в новых условиях. Я нарочно не говорил о наших положительных чертах, дабы не развивать жалости к себе – мол, мы такие хорошие и замечательные, «вроде не бездельники и могли бы жить», а так вот всё «никак» у нас получается. Получается так, как получается – мы же, по сути, заново всё начинаем: понятно, что «Рэчы Паспалiтай у межах 1772 года» уже не будет, а ВКЛ это уже вовсе «дела давно минувших дней, преданья старины глубокой» (которые нужно знать и хранить). Я к тому, что нам сейчас всё с ноля создавать – свою государственную мифологию, своих национальных мучеников (благо у нас их предостаточно), легендарных личностей, свои политические традиции, вобщем всё, без чего не обходится ни одно порядочное независимое государство. «Создавать» слово может не совсем удачное – скорее «сильно вспоминать» то, что нас заставили забыть. Только вспомнить внятно, цельно и красиво, а главное без противоречий. Это истории без противоречий не бывает, а вот национальные легенды должны быть простыми и красивыми, что-то типа - беларусы из древней «папараць-кветкi» появились (папаратники ведь одни из самых древнейших растений на планете) семена которой из космоса прилетели, или мы дети небесной зубрихи и полесского дуба, например. Не важно – главное, что бы мощно, пафосно и другим уважение внушало. А то «Москва – третий Рим, а четвёртому не быть» (второй Вавилон это, и Содом с Гомореей, а не третий Рим), «Киев – мать городов русских», а мы что – рыжие? Надо что-то тоже такое придумать. Типа: «Минск – отец городов литовских», или «Минск – второй Карфаген, а третьему не быть», ну или «Минск – первынах!», в крайнем случае. Но в каждой шутке только доля шутки – всё остальное заставляет задуматься.


Конечно от влияния Запада и Востока нам никуда не уйти, но всё же над душой у нас уже не стоит ни царский казак, ни польский улан и «освободители» из Красной Армии или Вермахта в окна к нам не заглядывают. А это существенно облегчает нам задачу в вопросе возрождения нации. Уже растёт новое поколение, которое не считает себя ни «крэсовяками», ни русскими «со знаком качества», а беларусами. И пусть даже не как-то осознанно считает, а скорее предчувствует – но это уже большой шаг вперёд, ведь путь осилит только идущий. Идти нам предстоит долго, но главное – идти.


Закончу свою беседу, перефразируя старую сербскую поговорку – «Хорошо быть беларусом, но тяжело».