Никита Беляев

Опубликовано в в газете “Белорусы и рынок”

Международный валютный фонд на днях опубликовал доклад, посвященный вопросам коррупции. По оценкам исследователей организации, мировой ВВП теряет по этой причине порядка 2 %, или 1,5—2 трлн долларов ежегодно. Негативные последствия для общества еще большие. 

Не чужда данная проблема и Беларуси. Новостные ленты едва ли не каждую неделю пестрят заголовками о задержании чиновников, руководителей предприятий, врачей по подозрению в коррупции. Значит ли это, что мы успешно боремся с этим негативным явлением или, наоборот, его масштабы столь велики, что нужно хвататься за голову?

Думаю, ни то ни другое, но третье: в стране серьезные проб­лемы с антикоррупционной политикой. Первая из них — направленность борьбы не на причины, а на следствие. Безусловно, уголовное преследование коррупционеров — важный и неотъемлемый элемент антикоррупционной политики любого государства. Однако он не единственный, ведь борьба с коррупцией — это комп­лекс мер правового, экономического и социального характера.

Например, в докладе МВФ отмечается, что необходимо ограничивать возможности для взяточничества и избегать излишнего регулирования со стороны государства. Это означает дебюрократизацию, уменьшение количества административных процедур и их упрощение.

Белорусское законодательство тоже декларирует курс на сокращение административных процедур и устранение причин коррупции (ст. 5 закона «О борьбе с коррупцией»). Однако конкретных мер, которые могут противостоять коррупционным угрозам, не предусматривает: ни о дебюрократизации, ни о снижении степени государственного вмешательства в экономику, ни об упрощении условий ведения бизнеса речь в документе не идет.

Проблемы есть не только с законодательным закреплением антикоррупционных механизмов, но и с их функционированием. Задача по уменьшению количества административных процедур закреплена в программах социально-экономического развития на последние пятилетки, однако число этих процедур, наоборот, только увеличивается.

Второй проблемой является отсутствие адекватной и проверяемой системы оценки уровня коррупции. Действующая система оценки по количеству зарегистрированных преступлений такого рода не дает ответа на главный вопрос: большое количество преступлений — это признак активной работы силовых ведомств или высокого уровня коррупции? Необходимо помнить, что без осознания реальных масштабов этого явления невозможно построить эффективную систему, способную ему противостоять.

Исследование МВФ свидетельствует о колоссальных потерях мировой экономики от коррупции. Вероятно, и белорусская экономика терпит убытки от этого явления, а значит, совершенст­вование антикоррупционной политики тоже резерв экономического роста. Особую актуальность данная политика приобретает в кризисные периоды, когда коррупционные риски значительно возрастают.

Что же нужно делать? Во-первых, необходимо переключиться с борьбы с последствиями на профилактику коррупции, чему помогут дебюрократизация, упрощение условий взаимодействия бизнеса и государства и проч.

Во-вторых, выработать методологию расчета уровня коррупции и коррупционных предпосылок в Беларуси. Оценивать антикоррупционную политику нужно с точки зрения минимизации причин возникновения и роста масштабов этого негативного явления.

В-третьих, провести мониторинг законодательства на предмет норм, способствующих возникновению коррупции, а также наладить эффективный механизм криминологической (коррупционной) экспертизы законопроектов, который будет препятствовать принятию нормативных актов с коррупционными предпосылками.

Вышеуказанные предложения лишь часть общего комплекса мер по борьбе с коррупцией, однако даже их имплементация и реализация позволят улучшить ситуацию в стране и снизить соответствующие риски и угрозы.