Опубликовано на Onliner.by

Год назад эксперты-аналитики отечественного и зарубежного производства соревновались в пессимизме по поводу экономики Беларуси. Кто-то прогнозировал значительный минус по валовому внутреннему продукту (ВВП), некоторые склонялись к медленной, но уверенной стагнации хозсистемы, были и те, кто предрекал ее полный крах (в очередной раз). Даже в кабинетах власти отдельные госчиновники солидаризировались с коллегами по соседнему цеху и не верили в официальный прогноз, который был наполнен исключительно оптимистическими оценками.

В этой битве безоговорочную победу одержал Указ Президента №358 от 3 октября 2016 года с его важнейшими параметрами прогноза социально-экономического развития Беларуси на 2017 год: судя по последним статданным, экономика нашей страны к концу года прибавит несколько процентов.

Отдельные международные организации еще в начале года запустили процесс пересмотра своих экономических прогнозов по Беларуси. Так, например, Всемирный банк в январе улучшил свою оценку темпов роста ВВП нашей страны с минус 1% до минус 0,5%. И хотя это были все еще отрицательные значения, оптимизма на чаше весов становилось все больше. К концу ноября практически все уважаемые организации и представители независимой экспертизы в качестве результатов своих расчетов указывали положительный рост экономики Беларуси. Например, Евразийский банк развития (ЕАБР) в январском макрообзоре предрекал нашей стране продолжение рецессии в минус 2,6% валового продукта, а в ноябре этот прожект был изменен на равный официальному прогнозу в плюс 1,7% ВВП.

Прогнозирование экономической ситуации в Беларуси всегда было непростой задачей, особенно для международных организаций, которым сложнее прочувствовать особенности наших реалий. В отдельные периоды было достаточно легко: копируешь официальный прогноз и с высокой долей вероятности попадешь в цель. Но как только экономика Беларуси стала менее управляемой и более капризной к внешним шокам, такие показатели начали терять свою силу.

Но в некоторых случаях возвращались к старым рецептам — и «ручное управление» брало верх над экономикой. В 2009 году в условиях, когда практически все страны ЕС погрузились в кризис, Беларусь показала прирост 0,2%. Вопрос, конечно же, цены такого сценария, счет за который белорусы получили спустя год — в 2011-м.

После пережитых шоков цена макроэкономической стабильности возросла. Средств для компенсации населению потерь нет, а обещания и лозунги превращаются в мемы. Несмотря на это, в сложившейся у нас системе политика никогда не будет надстройкой, как завещал К. Маркс, только базисом. Поэтому в некоторых ситуациях при принятии решений действует принцип: «Можно, если осторожно».

Вспомним хотя бы целевую установку «всем по пятьсот», которая была дана на этот год. Экономисты сразу же пришли к консенсусу, что такого рода политика может привести к пагубным последствиям. Логика сама подсказывала, что невозможно и рыбку съесть, и в воду не лезть. Более осторожные наблюдатели проводили черту между политической составляющей данного заявления и практикой принятия решений на государственном уровне. Но президент заверил в обратном: скептикам в правительстве, которые не верят в достижимость поставленной цели, сложить портфели.

И ведь такой принцип применялся не только к доходам населения. Можно много времени потратить, перечисляя, сколько средств было выделено государственным предприятиям сельского хозяйства и промышленности для удержания их на плаву. Хотя и по этой теме существует консенсус среди экономистов. Они сходятся в том, что нужно быстро и кардинально менять политику по отношению к убыточным и низкоэффективным госпредприятиям, которые и являются корнем многих проблем.

Так что в Беларуси традиционно если надо, то и ставка рефинансирования спикирует вниз, и нефть с газом найдутся, и буренка надой молока удвоит. Несмотря на возможные последствия.

Основным же фактором, который позволил Беларуси восстановить экономический рост, стала конъюнктура внешних рынков. Частичное восстановление цен на нефтепродукты на фоне положительных договоренностей по поставке энергоресурсов из России, а также рост спроса в соседних странах — все это позволило увеличить объемы промышленного производства. В итоге экспорт стал драйвером, вытянувшим экономику из рецессии уже ко второй половине года.

Но есть одно но. Внешняя конъюнктура остается вне контроля белорусского правительства, поэтому в случае очередной реализации каких-либо шоков за пределами нашего государства, Беларусь вернется в отрицательную зону экономического роста. Минимизировать последствия такого развития ситуации можно только успев реформировать экономику. Пока этот процесс идет медленно.

Что касается следующего года, то он практически ничем не будет отличаться от года уходящего. Все те же медленные, точечные реформы должны будут запустить процесс создания «новой экономики» за счет частного сектора. Однако неравная конкуренция с госсектором и сохраняющееся недоверие граждан к долгосрочности принимаемых властями решений замедлят этот процесс.

Популизм будет сосуществовать с рациональными решениями отдельных министерств и ведомств по поддержанию макростабильности в стране. И для того чтобы восстановить утраченное за два года рецессии, Беларуси понадобится как минимум четыре-пять лет.

Единственное отличие — количество рисков, которое увеличивается ежегодно. Накопление внешнего государственного долга приводит к тому, что серьезную часть валового продукта нам приходится отдавать внешним кредиторам. Смягчение денежно-кредитной политики усиливает давление на цены и, соответственно, на курс белорусского рубля. Скопление плохих активов из-за неэффективных госпредприятий ведет к проблемам в банковском секторе.

Что делать? Понять, что завтра не менее важно, чем сегодня. Заблуждался известный британский экономист Джон М. Кейнс, когда писал, что «в долгосрочной перспективе все мы мертвы».

Наоборот, верно обратное, и для Беларуси важно выработать свою экономическую стратегию, которая позволила бы нам остаться конкурентными на мировой арене. В недавнем эссе, посвященном выходу новой книги «Потому что так решили мы», Кирилл Рудый, экс-помощник президента по экономическим вопросам, по этому поводу заметил: «Если в 1990-х и 2000-х годах сочетание краткосрочных результатов (прирост ВВП, зарплаты, строительство объектов) давало ощущение стабильного роста, то в 2010-х годах замедление экономики, инфляционный, долговой навесы показали, что долгосрочный экономический рост — это „не череда стометровок, а марафон”».

Четкой стратегии реформ/преобразований/модернизации отечественной экономики до сих пор нет. Как и нет понятной всем цели, куда мы движемся. Без нее любые движения бессмысленны.

В итоге мы встречаем новый год с более-менее стабильной экономикой, на плечи которой взваливается все больше рисков возможного ухудшения ситуации. Когда эти риски реализуются? Все зависит от принимаемых решений. Очевидно одно: в свое время кому-то придется взять на себя бремя допущенных ранее ошибок. И этот кто-то уже известен: это мы с вами.