Александр Филиппов

Опубликовано на Onliner.by

22 марта Европу потряс очередной теракт, на этот раз в Брюсселе. Два взрыва произошли в международном аэропорту, затем прозвучал взрыв в метро. Не менее 32 человек погибли, более сотни ранены. К сожалению, на протяжении последних трех лет подобные новости появляются в сводках информагентств регулярно: в мае 2014 года четыре человека погибли при атаке на Еврейский музей в Брюсселе, в январе 2015-го 12 человек погибли в результате атаки на редакцию Charlie Hebdo, в ноябре 2015-го 130 человек погибли и сотни были ранены во время серии атак в Париже... 

И хотя Европа по-прежнему остается самым безопасным с точки зрения террористической опасности регионом в мире, рост активности радикальных группировок и представляемой ими угрозы стал фактом, признанным как экспертами, так и официальными структурами, в частности Европейским контртеррористическим центром Европола. К факторам роста этой активности следует отнести гражданские войны в Ливии, Сирии и Йемене, радикализацию ряда исламистских группировок, появление «Исламского государства» — беспрецедентной в истории террористической организации — и др.

Кажущееся бессилие Европы перед угрозой скорее миф, чем реальность. Усилия разведки и служб безопасности европейских государств помогли предотвратить множество терактов, сохраняя их количество на статистически невысоком уровне, особенно если учитывать привлекательность ЕС как объекта для удара со стороны террористов.

Значительно большее влияние имеет дерзость терактов, происходящих в европейских столицах даже на фоне ужесточения мер безопасности, а также на фоне дискуссий об успехах и неудачах европейской внешней политики (например, в Сирии и Ливии), кризиса с беженцами и т. д.

Все это актуализирует вопрос о возможных сценариях противодействия росту террористической угрозы. Конечно, можно ограничиться только временным усилением мер безопасности, однако события последних лет показывают, что одного этого недостаточно.

В качестве возможного сценария можно было бы использовать опыт США после атак 11 сентября. В частности, проведение военных операций против террористических организаций с одновременным усилением контроля внутри страны. Однако для ЕС этот сценарий представляется не самым эффективным. Во-первых, общая дипломатия Евросоюза еще не так сильна, вопрос о проведении полномасштабных военных операций за рубежом (по образцу американских операций в Афганистане и Ираке) может вызвать сильнейший раскол среди стран-членов.

Тот же американский опыт показал, что военные операции приводят к еще большей дестабилизации и радикализации третьего мира, по факту способствуя появлению новых, еще более агрессивных и многочисленных, террористических организаций, выходу ситуации из-под более или менее относительного контроля. Кроме того, специалисты Европейского контртеррористического центра справедливо указывают, что значительная угроза исходит не только от прибывающих из-за рубежа радикалов, не только от граждан ЕС, получивших опыт участия в военных конфликтах в Сирии, Ливии или Афганистане, но и от тех граждан Евросоюза, которые разделяют идеи террористов, не выезжая в проблемные страны. Усиление внутреннего контроля — это прямой путь к коррупции, раздутым государственным расходам на безопасность, ограничению прав и свобод, что в перспективе может иметь негативные последствия для экономики.

Опыт стран с реальной террористической угрозой (Израиль, Китай) показывает, что, каким бы ни был жестким контроль, террористы все равно умудряются найти брешь в системе безопасности.

В качестве варианта можно рассматривать усовершенствование работы спецслужб, особенно усиление их международного сотрудничества. Однако в этом направлении уже сделано немало, и вряд ли еще бoльшая активность поможет коренным образом изменить ситуацию в борьбе с терроризмом.

Вторым сценарием могла бы выступить «битва за умы». Очевидно, что террористами движет глубокая ненависть к западной цивилизации, притом что конкретно их положение в этой цивилизации может быть весьма неплохим. Эксперты видят решение проблемы в налаживании эффективного диалога между Исламом и Западом, развитии межкультурных контактов. Множество инициатив уже реализуются в рамках этого сценария, например инициатива ООН Alliance of Civilizations и т. д. Проблема в том, что эта работа очень тонкая и нацелена на результат в долгосрочной перспективе. Еще бoльшая проблема заключается в том, что для внешней публики 99% этих усилий остаются незаметными. Я имел уникальную возможность побеседовать с председателем Совета улемов Марокко — редко встретишь более грамотного и образованного человека, отлично разбирающегося в тех вопросах, с которыми он работает.

Третий сценарий — это работа по минимизации социального неравенства и несправедливости в мире. Этот сценарий также не лишен недостатков. Во-первых, его реализация требует высокой степени координации всего международного сообщества (не будем даже поднимать проблему «золотого миллиарда»), что вряд ли возможно, учитывая нынешнюю международную обстановку. Во-вторых, опыт последних лет показал, что обеспеченная жизнь не является гарантией невозможности вовлечения в террористические организации. К тому же все большая и большая угроза исходит от молодых людей внутри западных государств, которые присоединяются к террористическим организациям отнюдь не из-за бедности (то же самое можно сказать и о гражданах богатых ближневосточных государств, да и сам Усама бен Ладен был далеко не нищим).

Следующий сценарий можно охарактеризовать как сценарий «осажденной крепости». Он предполагает максимальную изоляцию, закрытие границ, возможно, рост ксенофобии и сегрегации. В принципе, отдельные элементы этого сценария в ЕС уже реализуются. Так, заключено соглашение с Турцией, в соответствии с которым все беженцы, прибывшие к границам ЕС с территории страны, будут туда и возвращаться. Да и сама Европейская политика соседства до кризисов в Ливии и Сирии достаточно успешно контролировала уровень иммиграции в ЕС. Проблема в том, что рост ксенофобских настроений затрагивает преимущественно те страны, которые во многом в силу своего экономического развития не сталкиваются серьезно с проблемой беженцев. Так, рост правых и ксенофобских настроений отмечается в Венгрии, Словакии (успех народной партии «Наша Словакия» на парламентских выборах 2016 года стал настоящим шоком для всего ЕС), Польше, Болгарии и др. Зачастую эти партии находятся под сильным внешним влиянием, а фашизация Европы представляет опасность для всего мира.

Ведь можно не пускать новых беженцев (что само по себе достаточно проблематично), но что делать с теми миллионами, которые уже прибыли в предыдущие годы, совершенно непонятно. Вряд ли кто-то хотел бы второй холокост в XXI веке. Пока правые партии предлагают чистый популизм. Но попытка реального воплощения их зачастую упрощенных лозунгов может привести к самому серьезному гуманитарному кризису со времен Второй мировой войны, а рост ксенофобии обернуться тем, что ряды террористов начнут пополнять те 99% осевших в ЕС выходцев из стран Азии и Африки, которые относительно благополучно адаптировались к европейскому социуму. Так, например, за 2014 год в ЕС прибыли почти 630 тыс. беженцев. За этот же период по подозрению в террористической деятельности были арестованы 774 человека. Почти половина из них — активисты различных радикальных европейских (левых, правых, сепаратистских) организаций. Понимают ли сторонники «правого» решения проблемы террористов, что они толкают в их объятия миллионы более или менее законопослушных иммигрантов?

Таким образом, нынешняя ситуация в сфере безопасности не имеет простых, однозначных, а самое главное, приводящих к быстрым результатам решений. Наверное, власти ЕС неплохо бы отблагодарили тех «экспертов» с белорусских форумов, которые «знают», как быстро и эффективно побороть терроризм (равно как и решить проблему беженцев). При условии, конечно, что это эффективные и реалистичные решения. Однако мало кто догадывается, что на протяжении многих лет спецслужбы стран ЕС вполне адекватно осознавали рост террористической угрозы и проводили (и продолжают проводить) очень тонкую и профессиональную работу по минимизации этой угрозы, одновременно сохраняя достижения западной цивилизации. В Европе хватает своих радикалов совсем неисламского толка, также представляющих угрозу безопасности (вспомнить хотя бы того же Брейвика). Есть проблема роста антисемитских настроений, что не всегда связано с деятельностью исламистов.

К сожалению, решение проблемы терроризма — это долгий путь, требующий взвешенных и проработанных решений, комбинации различных стратегий, участия профессионалов, зачастую невидимый для широкой публики, но редко позволяющий свести террористическую угрозу до нуля.