Александр Филиппов

7 января 2014 г. в аэропорту «Минск-2» произошел, казалось бы, незначительный случай. Прибывшему на учебу (по имеющемуся приглашению, выданному органами МВД, и при наличии представителя университета, в котором предполагалось обучение) гражданину Камеруна было отказано в выдаче визы, а сам он передан в руки сотрудников МВД. 

Нет никаких сомнений, что у МИД и органов пограничной службы имелось достаточно оснований полагать, что гражданин направляется не на учебу, а планирует незаконно попасть на территорию ЕС. Проблема заключается в другом.

Естественно, отказ в визе сопровождался достаточно нелицеприятной сценой, свидетелями которой выступили другие пассажиры рейса «Стамбул-Минск», обратившиеся за визой по прилету. И у многих из них возникли обоснованные вопросы: зачем выдавать человеку приглашение, которое ничего ему не гарантирует? Ведь уже на этапе выдачи приглашения МВД требует солидный пакет документов и весьма придирчиво рассматривает каждую заявку, отказывая во многих ходатайствах.

Зачем требуется обязательное присутствие представителя учреждения образования, если при возникновении проблемной ситуации его мнение полностью игнорируется, а сам он выступает не более, чем статистом? Почему, несмотря на то, что сведения о прилете гражданина из проблемной, по мнению белорусского государства, страны подавались в МИД и органы пограничной службы, как минимум, за две недели до прилета, никакой отрицательной реакции от них не последовало, и человек по прилету попал в неприятную для него ситуацию, по факту не нарушив ничего из белорусского законодательства?

К сожалению, даже белорусские граждане не могут получить внятных ответов на эти вопросы, за исключением рассуждений о толпах мигрантов. Однако на практике эти толпы принимают гораздо более скромные цифры: так, за первое полугодие 2014 г. по всей стране было пресечено более 528 нарушений правил пребывания иностранцев и лиц без гражданства, 125 нелегалов выдворены из страны. Цифры, мягко говоря, не впечатляют, особенно на фоне сообщения ООН о рекордном числе беженцев в мире по итогам 2014 года – 46,3 млн. человек (конечно, беженцы и нарушающие правила пребывания иностранцы – это далеко не одно и то же, но здесь самое важное понимать масштабы нелегальной миграции в мире). Более того, не все 528 нарушений связаны с попытками нелегального проникновения, а во многом объясняются жесткостью этих самых правил в Беларуси.

Сложно принять аргументы (а точнее постулаты) белорусских властей, что страна, будучи одним из самых бедных государств в Европе, является раем для незаконных мигрантов. Более того, наша страна одна из самых закрытых даже для собственных граждан. Так, учитывая недавнюю ратификацию соответствующего соглашения с Бразилией, Беларусь имеет соглашения о безвизовых поездках только с 23 государствами. Большая часть из них – страны, которые и так проводят политику открытости, то есть, как правило, выдающие визы в аэропорту с минимальными требованиями.

Для сравнения: для граждан РФ безвизовый или упрощенный визовый режим действует более, чем со 110 государствами.

Конечно, политика закрытости очень удобна. Граждане не ездят непонятно куда, не вывозят драгоценную валюту, считают нормой многие вещи, вызывающие шок у иностранцев практически из любого государства.

В Беларусь, как правило, приезжают небедные иностранцы, склонные «договариваться» по серым схемам, итогом которых становится, например, сложно объяснимый безвизовый режим для совсем не бедных граждан Катара. В то время как сам Катар ответных шагов, естественно, не предпринял.

Расплачиваться же за политику закрытости приходится многим, в том числе, и достаточно отрицательным имиджем страны за рубежом.