Опубликовано в газете “Белорусы и рынок” 

Монументальное граффити о дружбе Москвы и Минска спровоцировало ожесточенные споры.

На фасаде одной из минских многоэтажек ярославский художник Артур Кошак создал мурал, посвященный дружбе белорусской и российской столиц. Еще до завершения работ рисунок вызвал негативную реакцию некоторых горожан, а его официальное открытие было сорвано путем проведения акций протеста. 

Искусство или пропаганда?

Претензии к создателям работы (компания Novatek Art) сводятся, по сути, к одному вопросу: явля­ется ли изображение мальчика-Минска и девочки-Москвы уличным искусством?

Мурал — это монументальный стрит-арт. В современном понимании для этого вида искусства характерны метафоричность, символизм, необходимость размышлять и дискутировать об  авторском замысле. Таковыми, например, являются знаменитые берлинские работы художника Blu или минские муралы, созданные в рамках проекта Urban Myth.

Как относиться к рисунку Артура Кошака? Никакой метафоричности в нем не просматривается, напротив, сюжет максимально однозначный. Можно заподозрить разве что только некие параллели между белорусско-российской дружбой и мыльными пузырями, заполнившими пространство мурала, но это заведомо неверная трактовка замысла автора: в муниципальном заказе такого точно не было.

«Это пропаганда, с художест­венной точки зрения тут не о чем говорить, — считает Олег Ларичев, координатор стрит-артпроекта Signal. — В ней есть набор примитивных, доступных обывателю образов, которые должны вызвать единственно верную мысль. Никакого творчества, искусства... Пугает возрождение монументальной пропаганды, советского соцреализма и то, что государство осознало: для пропаганды можно использовать еще бoльшие площади, не только билборды».

Справедливости ради напомним, что недавно минские билборды украсило и фото самого Олега Ларичева как координатора проектов стрит-арта. Различные инициативы, связанные с ним, стали примерами взаимопонимания городской администрации, уличных художников с мировым именем, дипломатов, меценатов и спонсоров. В итоге стрит-арт оживил белорусские города, до сих пор нередко остающиеся вне европейских культурных тенденций.

Московский стиль

Обратная сторона медали — осознание государством возможностей использования стрит-арта в целях, далеких от художественных. Характерно, что этот негативный опыт пришел в Минск из России. Муниципальный креатив московских властей как раз и критикуют за отход от ценностей и принципов уличного искусства, за замещение художественного содержания топорным восхвалением власти. В случае с новым минским граффити речь идет именно о подобном российском посыле, ведь Novatek Art утверждало эскиз в правительстве Москвы.

Реакция минчан вызвала недоумение директора Novatek Art Ивана Пантелеева: «У меня сложилось такое мнение, что корни негативного отношения к нашей работе в негативном отношении к России. Мы этого не учитывали, честно говоря. В России, напротив, к Беларуси отношение как к братской стране... Поэтому мы были удивлены».

Конечно, трудно было подобрать формат мурала о белорусско-­российской дружбе, который устроил бы активистов, пришедших на церемонию открытия с плакатами «Союз с агрессором = война». Фактически работа Novatek Art спровоцировала проявление накопившегося недовольства части белорусского общества Россией в целом и двусторонними отношениями в частности. Сам же факт того, что кто-то нарисовал что-то не очень интересное и красивое, не вызвал особого общественного протеста: вокруг полно разрисованных бетонных заборов. Тем не менее конфликт возник именно здесь и сейчас.

Право на город

Еще один важный аспект этой истории — попытки минчан четко выразить свое право на город. Недовольство в обществе возникает в частности потому, что внешний облик столицы определяется в закрытом режиме, а то и вовсе в другом государстве. При этом различные опросы показывают, что местные жители скорее положительно оценивают художественную сторону рисунка. Это любопытно контрастирует с реакцией на расположенный неподалеку мурал «Человек без лица» греческого художника Ino: часть горожан именует эту работу «Ангелом смерти» и активно требует ее закрасить, тогда как у других особых претензий к ней не было.

Обе истории наглядно иллюстрируют общее правило: уличному искусству будет полезно вовлекать в процесс создания работ арт-профессионалов и местные сообщества. Минчане в целом, да и жители дома напротив мурала имеют право беседовать с художником и в определенной степени участвовать в создании граффити. По крайней мере, это позволит снизить градус напряженности, а то и избежать конфликтов вокруг работ.

Впрочем, сама по себе провокация диалога тоже важная часть уличного искусства. То, что минчане стали задумываться и публично дискутировать о белорусско-российских отношениях и праве на свой город, — несомненный плюс рисунка Novatek Art.