Вадим Можейко

Сравнение любой страны с романом Джорджа Оруэлла «1984» – это глобальная страшилка, предостерегающая людей от любви к «просвещенному авторитаризму» и большому сильному государству, контролирующему слишком многие в жизни людей. Радует, что пессимистические прогнозы Оруэлла не сбылись ни к 1984 году, ни к 2012-ому, даже в какой-то отдельной стране. Однако кое-что, безусловно, сбывается. Недавно я наблюдал целых две прямые аналогии Оруэллу, и как раз тому моменту, который всегда казался мне не очень убедительным: словам арестованного Парсонса, бывшего активным сторонником режима Старшего Брата:
– Мыслепреступление! – сказал Парсонс, чуть не плача. В  голосе  его

слышалось  и  глубокое раскаяние и смешанный с изумлением ужас: неужели это

слово относится к  нему?  Он  стал  напротив  Уинстона и страстно, умоляюще

начал:

– Ведь меня не расстреляют, скажите, Смит? У нас же не расстреливают,

если ты ничего не сделал... только за мысли, а мыслям ведь не прикажешь.  Я

знаю,  там  разберутся, выслушают. В это я твердо верю. Там же знают, как я

старался. Вы-то знаете, что я за человек. Неплохой по-своему. Ума, конечно,

небольшого, но  увлеченный.  Сил  для  партии  не  жалел,  правда ведь? Как

думаете, пятью годами отделаюсь? Ну, пускай десятью. Такой,  как  я,  может

принести  пользу  в  лагере.  За  то,  что  один  раз  споткнулся,  ведь не

расстреляют?

– Вы виноваты? – спросил Уинстон.

– Конечно, виноват! –  вскричал  Парсонс, подобострастно взглянув на

телекран. – Неужели же партия арестует невиноватого,  как,  по-вашему?  –

Его  лягушачье лицо стало чуть спокойней, и на нем даже появилось ханжеское

выражение.  –   Мыслепреступление   –   это   жуткая   штука,   Смит,  –

нравоучительно произнес он. – Коварная. Нападает  так,  что  не  заметишь.

Знаете, как на меня напало? Во сне. Верно вам говорю. Работал вовсю, вносил

свою  лепту  –  и даже не знал, что в голове у меня есть какая-то дрянь. А

потом стал во сне разговаривать. Знаете, что от меня услышали?

Он понизил голос, как человек, вынужденный по медицинским соображениям

произнести непристойность:

– Долой Старшего Брата!  Вот  что  я  говорил.  И кажется, много раз.

Между нами, я рад, что меня забрали, пока это дальше не зашло. Знаете,  что

я  скажу,  когда  меня  поставят  перед  трибуналом? Я скажу: "Спасибо вам.

Спасибо, что спасли меня вовремя".

При прочтении «1984» мне всегда казалось, что здесь Оруэлл переборщил: уж лично столкнувшись с репрессивной машиной, почти каждый понимает ее сущность. Ну или хотя бы перестает быть сторонником государственной системы. Однако два недавних высказывания белорусов подтвердили, что подобные Парсонсы существуют.

Первым случаем стала Светлана Азаренок, супруга осужденного на 9 лет бывшего командующего ПВО Беларуси. Она категорически отвергает все предположения о причинах ареста мужа, которые сделал в своей статья бывший кандидат в президенты Беларуси Дмитрий Усс. Напомним, что в своей статье "Экс-командующего ПВО посадили за отказ выполнить приказ Лукашенко?" Усс написал, что "Игорь Азаренок отказался выполнять приказ главнокомандующего, за что фактически и был посажен в тюрьму". Он рассказал, что провел с Азаренком в одной тюремной камере месяц и о многом с ним поговорил. Супруга брошенного в тюрьму генерала выражается вот так:
Никто не дал Уссу право смешивать имя Игоря Азаренко с оппозицией. Считаю безнравственными все попытки использовать его имя  в борьбе против существующей власти. Настаиваю на срочном опровержении причастности моего супруга к написанию данной статьи. Иначе я буду вынуждена подать официальное опровержение в государственные органы, что повлечет за собой определенного рода последствия.

Дмитрий Усс, конечно, подтвердил, что Игорь Азаренок никакого отношения к написанию статьи не имеет и иметь не мог, поскольку отбывает сейчас 9-летний срок в колонии, однако интересно в данном случае не это. Неужели Светлане Азаренок не очевидно, что нынешние власти никак не на стороне ее мужа? Его уже посадили за решетку на 9 лет! Однако, как и в случае оруэлловского Парсонса, рациональных мотивов в преклонении перед властью здесь нет, остались только глубокие инстинкты чинопочитания.

Еще показательнее второй пример. Вот что говорил Марат Новиков, акционер ОАО «Коммунарка» и ОАО «Спартак», после того, как белорусское государство его попросту ограбило, национализировав эти активы:
Я уважаю Александра Григорьевича, уважаю его должность, преклоняюсь перед тем, что он такой деятельный. … Он сам признал, что мы не плохие. Мы флагманы, и нас такими сделали не Данченко (председатель концерна "Белгоспищепром" – прим. "Бизнес-новости"), не государство, а те, которые командовали на этих предприятиях. Посмотрите, какой транспорт на предприятиях, какая "социалка". Ни у кого нет такой "социалки". Я это открытым текстом могу заявить. У нас пенсионеры получают такую поддержку, которую им дает государство. У нас в этом году за счет предприятия 240 детей отдыхало в лагере ЮНЕСКО в Греции под Афинами



Даже после того, как у человека отобрали его бизнес, и терять в этой стране ему, собственно, нечего, он продолжает преклоняться перед властью и говорить на ее языке, рассказывая о «социалке» – как будто бы владеть кондитерскими фабриками должен тот, кто обеспечит поддержку пенсионерам или «оздоровит» детей, а не тот, кто имеет на это юридическое право. Такая риторика действительно характерна многим предпринимателям в Беларуси, которые стремятся быть понятными власти в надежде таким образом защитить свой бизнес. Казалось бы, Марат Новиков уже неплохо убедился, что для властей такие слова ничего не значат – если им приглянулась какая-то собственность и ее решили прибрать к рукам, то ни один бизнесмен не сможет этому в Беларуси противостоять. Однако Марат Новиков и не пытается – он продолжает преклоняться и говорить о «социалке».

Думаю, нет смысла говорить, почему проявления оруэлловского в Беларуси – это «тревожные звоночки»: вряд ли найдется человек, который бы хотел построения в своей стране реальности романа «1984». Ну разве что сам Старший Брат.

Содержание блоговых записей может не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей к обсуждению. Авторские орфография и пунктуация сохранены.